Раковина на петлях, кирпичи, падающие троллю на голову, и зал провинциального Дома культуры, где показывали «Философский камень» — вот из чего на самом деле складывалось коллекционирование Гарри Поттера в начале 2000-х. Один и тот же набор LEGO, который двадцать с лишним лет назад существовал только на страницах бумажного каталога, недавно нашёлся на «Авито» — в той же коробке. Эта статья — о пути от каталога до находки, и о том, что из культурного феномена доходит до провинции, а что там же и растворяется.

Как я не стал поклонником Гарри Поттера с первой попытки

«Философский камень» мне привезли из книжного магазина в Самаре в 2001 году. Я осилил две главы и отложил. Всё это было для пятилетнего слишком странным: летающий мотоцикл, великан, женщина, превращающаяся в кошку, скучный дядя Дурсль с его фирмой по продаже дрелей. Гарри проиграл конкуренцию Мумми-троллям, Незнайке, Карлсону — в общем, проигравших не жалеют.

Второе знакомство случилось примерно через год — у подруги, на кассете VHS. Крис Коламбус, тёплые тона, музыка Уильямса. И что-то очень знакомое в самом начале. По приходу домой я сразу отыскал книгу и нашёл эпизод с живыми шахматами — просто чтобы убедиться, что это именно та история.

РОСМЭН: как Гарри Поттер попал на русский язык

У меня есть полное собрание книг от издательства РОСМЭН. И это не просто семь томов на полке — у каждой своя биография.

РОСМЭН получил права на русский перевод «Философского камня» в конце 1990-х. Первый тираж вышел в 2000 году — всего 30 тысяч экземпляров. Никто особо не верил, что история про мальчика-волшебника станет событием. Перевод первой книги делал И. Оранский, потом к серии подключились М. Литвинова, В. Бабков, В. Голышев — команда менялась от книги к книге, что стало поводом для бесконечных споров среди фанатов. РОСМЭН выпускал серию вплоть до 2013 года, когда потерял эксклюзивные права. С тех пор издание не переиздаётся — что и объясняет, почему комплект росмэновских книг на «Авито» сейчас стоит заметно дороже, чем в момент покупки.

«Тайная комната» была куплена сразу после прочтения первой книги — как поощрение за чтение, вместе с томами из серии «Я познаю мир». «Узник Азкабана» и «Орден Феникса» — подарки на день рождения. «Кубок огня» и «Принц-полукровка» — на Новый год. С «Дарами смерти» всё было иначе: никакого праздника. Сентябрь, мелкий дождь, книжный «Метида». Я иду домой и прямо на ходу листаю оглавление — пытаюсь хотя бы предположить, чем это всё закончится.

Именно с Гарри Поттером я попал в книжную сансару: дочитав до конца, просто начинал снова с первой. Дошло до того, что книги стали прятать — чтобы я переключился на что-то другое.

Каталог LEGO 2002 года: окно в недостижимое

Каталог Лего из 2002 года мы нашли на улице — кто-то выкинул вместе с кучей инструкций от наборов Bionicle. Среди них оказалась инструкция от Висорака Суукорака, который спустя годы перешёл со страниц этой самой инструкции ко мне в коллекцию.

Тогда каталог представлял противостояние Борок-Калов и Тоа Нува. Для детского воображения это выглядело восхитительно: крутые герои в броне, увлекательная история. Точка отсчёта моих детских увлечений на следующие несколько лет.

Помимо Bionicle, в том каталоге была целая россыпь тем: «Orient Expedition», «Sports» с хоккеем и баскетболом, «Star Wars» с новинками по «Атаке клонов» — и, конечно, Гарри Поттер. Отдельно отдаю должное маркетологам компании: текст к презентации минимоделей звучал так — «Держи мощь армии в своих руках». Это было сильно.

Развороты с Гарри пестрели наборами по первому и второму фильмам: «Хогвартс-экспресс», «Банк Гринготтс», «Офис Дамблдора», огромный набор «Тайная комната». А внизу, скромно — набор «Тролль на свободе». Воображение ребёнка уже делало своё дело: сцены на картинке оживали, ты как будто уже играл с набором, ещё не держа его в руках. Вот где настоящая магия маркетинга.

Набор 4712 «Тролль на свободе»: от каталога до полки

Набор мне достался не в лучшем состоянии: минифигурка Гарри с трещинами, не хватало крана у умывальника, блоки, которые должны были падать на голову троллю, заменены на другие. Самая досадная потеря — отсутствие одежды у главной изюминки набора. Тролль оказался голым.

Набор воспроизводит сцену из «Философского камня»: девчачий туалет Хогвартса, тролль, Гарри и Рон. Механика простая и прямолинейная — как и весь дизайн раннего LEGO: раковина на петлях опрокидывается при ударе, а специальный рычаг сбрасывает кирпичи прямо на голову троллю. 71 деталь, два минифига, никаких лишних усложнений.

Передо мной стоит набор родом из 2002 года. Современного ребёнка он не поразит ни красочностью, ни функциональностью. Мне он ценен тем, что это портал: мостик между мной сегодняшним, который собрал его и поставил на полку к книгам РОСМЭН, и мной прошлым, который впервые увидел его на странице потрёпанного каталога.

В наборах LEGO из первой половины нулевых есть что-то своё — жёлтые лица даже у лицензионных серий, угловатые постройки из крупных элементов (70–100 деталей в среднем наборе — это была норма). Конструктор был в первую очередь конструктором, а не диорамой. Сейчас модели максимально приближены к экранным прототипам, детали мельчают, сборка усложняется. Но откройте каталог 90-х или ранних нулевых, посмотрите на этих желтолицых пиратов, рыцарей, Люка Скайуокера — в них есть какая-то детская наивность, которой сейчас не хватает.

Дом культуры Похвистнево: как кино доходило до провинции

Похвистнево — небольшой город на севере Самарской области. Удалённость от центра делает его немного замкнутым: новинки приходят позже — и на полки магазинов, и в кинотеатры. «Самарский дом игрушек», где можно было купить оригинальное LEGO, открылся в Похвистнево лишь в 2015–2016 году, когда в самой Самаре уже правил «Детский мир».

С кино ситуация была похожей. Главным кинотеатром служил Дворец культуры — массивное советское здание, где под одной крышей жили детская библиотека, театральная студия «Сад» и кинозал. Афиши рисовались от руки: художник ДК не заходил дальше аккуратно оформленных шрифтов — название, дата, время сеанса. Но в этом была своя интонация, которую понимаешь только сейчас.

«Гарри Поттер и узника Азкабана» я смотрел именно там. Новогодние каникулы, сеансов мало, зал битком. И — отдельная гордость за родной город — показывали нормальную кинотеатральную версию, не «камрип».

Дом культуры до сих пор стоит. Построенный советской властью для советских людей, он продолжает работать — уже для других людей и другой культуры. Что именно там показывают сейчас — отдельный вопрос.

Что переживает объект, а что — только название

Я смотрю на этот набор и думаю: что именно я вспоминаю? Не сам пластик — я его тогда в руках не держал. Я вспоминаю страницу каталога, летний день, ощущение чего-то недосягаемого и от этого особенно притягательного.

Морис Хальбвакс, который ввёл само понятие коллективной памяти, писал, что мы вспоминаем не в одиночку — память всегда встроена в группу, в общий контекст. Для нашего поколения этим контекстом была культура нулевых: росмэновские книги, рисованные афиши ДК, каталог, найденный на улице. Пьер Нора говорил о «местах памяти» — точках, где живая память кристаллизуется в объект, когда сама среда, её породившая, уже исчезла или изменилась до неузнаваемости. Набор 4712 и есть такое место: не игрушка, а узел, в котором сошлись каталог 2002 года, зал похвистневского ДК и книжный «Метида» под осенним дождём.

ДК до сих пор стоит. Рисованных афиш давно нет. РОСМЭН потерял права в 2013-м. Набор нашёлся на «Авито» — голый тролль, треснувший Гарри, без крана у умывальника. И всё равно это портал. Порталы не обязаны быть в идеальном состоянии.